Госсектор – крупнейший и соответственно любимейший клиент поставщиков ИТ-решений, и эта "любовь" все более взаимна. Стремление повысить эффективность работы государственного аппарата, с одной стороны, и немалые маркетинговые усилия разработчиков – с другой, являются действенным катализатором крепнущих взаимоотношений. Растет количество проектов, реализуемых в сфере информатизации органов власти, растут объемы и сложность решаемых задач, и, как следствие, растет потребность в конструктивном широкоформатном диалоге между представителями госструктур и ИТ-компаний. Одним из вариантов реализации этой потребности стала очередная (третья по счету) всероссийская конференция руководителей служб информатизации "CIO.Госсектор-2004", состоявшаяся в подмосковном пансионате "Ватутинки" 18–19 ноября.

Первый этап в деле информатизации государственного аппарата России завершен. Его отличительными чертами были крупные закупки компьютерного оборудования, создание ведомственных сетей и попытки запуска систем электронных государственных торгов и региональных порталов. О достигнутых результатах можно сказать, что абсолютное большинство участников программы считает, что главное – это приобретенный опыт, понимание масштаба проблем и осознание необходимости выработки единой стратегии построения государственной ИТ-инфраструктуры. Опыт и понимание, как известно, дорогого стоят, но попробуем все же оценить, как обстоит дело в данном случае.

Три к трем
ФЦП "Электронная Россия" воплощается уже почти три года. За это время из бюджета страны на нее было истрачено свыше 3 млрд. руб. Данная цифра меньше запланированной, но мала ли на самом деле или велика – однозначно не ответишь. Если сравнивать с теми бюджетами, которые выделяются на "электронные правительства" по всему миру, то получается, что вроде бы мала. По данным аналитиков Gartner, в 2003 году объем инвестиций в информатизацию госсектора у европейских правительств в среднем составлял 1,5 млрд. долл. А у нас, как прозвучало в докладе замдиректора департамента корпоративного управления Церена Церенова, в 2002-м на реализацию программы было выделено около 600 млн. руб., в 2003-м – 1430, а в 2004-м – 1880 млн. Он также констатировал, что это в пять-шесть раз меньше сумм, запланированных программой (общий объем государственного финансирования "Электронной России" в 2002 году составлял 18%, в 2003-м – 19% и в 2004-м – 28% от того, что планировалось). Если исходить из этих цифр, то получается, что по сравнению с европейскими странами мы тратим на ИТ-изацию госсектора сущий минимум. Более того – тратим меньше нами же запланированного. Но на чем же тогда основывались звучавшие в кулуарах конференции утверждения о перекосах в финансировании – от "густо" (т.е. в объемах больших, чем можно было эффективно использовать), до "пусто" (нехватка средств на запуск запланированного проекта)?

Программой предписывалось, что помимо целевого финансирования 30% средств в великое дело информатизации России вкладывают субъекты федерации. Софинансирование региональных проектов должно было осуществляться в такой пропорции: не менее 1 рубля инвестиций из регионального бюджета на 1 рубль инвестиций из федерального. По мнению разработчиков, такой подход, с одной стороны, помогал регионам подняться на новый ИКТ-уровень, а с другой – повышал точность и эффективность инвестирования, т.е. деньги из госбюджета выделялись бы именно на те проекты, в которых регионы сами были заинтересованы, что увеличивало бы вероятность их успеха. Задумано неплохо, но на такую схему финансирования согласились далеко не все субъекты федерации, и лишь очень небольшая их часть оперативно приступила к воплощению программы в жизнь.

Лидеры бюджетного софинансирования – Москва (в 2003 году на реализацию программы "Электронная Москва" из бюджета было выделено 3,47 млрд. руб.), Санкт-Петербург и Чувашия. Кроме того, крайне благоприятно развивается процесс информатизации в Карелии, но, правда, в основном за счет программы поддержки со стороны Еврокомиссии ТАСИС. Цель этой программы – достичь в Карелии такого же уровня развития инфокоммуникаций, инфраструктуры и приложений, как в Финляндии. Присутствовавшие на конференции гости из Петрозаводска подтвердили, что эти перспективы видятся им вполне реальными. Еще бы им не быть реальными, если общий объем финансирования формирования ИТ-среды в Карелии уже превысил 25 млн. евро. Республике Эвенкия вначале тоже повезло – благодаря компании "Юкос", но это везение было непродолжительным и интернета в каждый чум не принесло.

Размеры регионального бюджетного "впрыска" в "Электронную Россию" колеблются в пределах от 1 млн. до 350 млн. руб. в год. Со стороны государства они гораздо значительнее. Как сообщил Церен Церенов, финансирование региональных проектов только в 2004 году составило около 200 млн. руб., а в следующем предполагается выделить еще больше, а именно 250 млн. В целом бюджет Минэкономразвития в общей программе составляет 20–25%, что соответствует примерно 40% бюджета региональной части проекта, иными словами, деньги (и в данном случае немалые) государством на ликвидацию цифрового неравенства выделяются. Кому они выделяются в первую очередь – тоже понятно. Тем, кто заинтересован и сам готов вкладываться. Под лежачий камень, как известно, ни вода не течет, ни тем более финансы.

С самого начала было запланировано, что 19% средств в программу будет поступать из внебюджетных источников, но такие "источники" – светлые финансовые ключи – бьют далеко не везде, к тому же у этих "ключей" должны быть стимулы для инвестирования. Кое-где, например в Москве, Питере и Карелии, источники и стимулы наличествуют, но это мизер в масштабах всей России.

"Сын ошибок трудных"…
Редкостное единодушие присутствовавшие на конференции представители федеральных и региональных структур проявили не только в оценке результатов первого этапа реализации программы (напомню: это опыт), но и во мнении, что более всего на протяжении двух лет программе не хватало адекватной организации, а ее участникам – единомыслия.

Казалось бы, последовательность очевидна: прежде чем браться за внедрение информационных систем в различных госструктурах, следует позаботиться о единстве инструментальных средств и согласованности планов. Казалось бы… А что на самом деле? В Мининформсвязи и МЭРТ, курирующих "Электронную Россию", необходимость выработки единых стандартов осознали лишь через два года после старта, когда нестыковка стала очевидной постфактум. Конкурс на создание единой архитектуры "Электронного правительства" был объявлен только в этом году. И его выиграла компания Мicrosoft – "ура!" и "ой!". "Ура!", потому что отчего бы нам не использовать в деле развития информатизации нашей страны опыт США, коль скоро они здесь впереди планеты всей. Это ведь британцы недовольны высоким уровнем затрат на создание "электронного правительства", а американцев все устраивает. А "ой!" – от возникших сомнений: хватит ли финансовых ресурсов? Не далее как в конце прошлого года в специальном докладе ООН говорилось о том, что системы электронного государства скорее всего будут неэффективными из-за своей дороговизны. Создание системы – лишь малая часть в общих государственных затратах, основная доля расходов идет на ее содержание, и величиной этой доли была неприятно удивлена даже такая не бедная страна, как Великобритания. Англичане одними из первых стали задаваться вопросом оценки эффективности ИТ-проектов в госсекторе. Проблема малоэффективного инвестирования в ИТ-решения со стороны европейских правительств – секрет Полишинеля, но, похоже, для всех, кроме нас: по оценкам Gartner, "к 2007 году более 50% правительственных ИТ-инициатив Европы не принесут полноценного возврата инвестиций". Кстати, на вопрос "Сетевого", заданный во время конференции одному из центровых докладчиков: "Какие критерии эффективности используются при создании российского "электронного правительства", – ответ был: "Критерий один – счастье". Отличный критерий! На счастье никаких денег не жалко.

Шутки шутками, но если говорить серьезно, то одной из главных задач второго этапа программы, по мнению руководства, должно стать создание Единой федеральной архитектуры (ЕФА). Иными словами, миссия второго этапа – объединение и стандартизация. Лучшим примером результативного объединения был назван совместный проект ГТК, МНС и Минэкономразвития – о нем подробно рассказывалось в одном из докладов третей конференции. По предварительным оценкам, новая информационная структура, отслеживающая товары, пересекающие границу страны, должна сократить объем лжеэкспорта почти на 20% и привести к экономии бюджета в размере 3–5 млрд. руб. ежегодно. Очень может быть, что реальные цифры будут не слишком далеки от ожидаемых, к тому же тут решаются конкретные задачи и, значит, существует возможность оценить достигнутое. Что же касается ведомственных порталов, то их создание не столько результативное, сколько яркое свидетельство (сайт президента, интернет-представительство Федеральной пограничной службы,  портал Правительства РФ, портал госзакупок и др.) воплощения в жизнь программы ИТ-зации России.

Ведущая роль в создании ЕФА отведена новым управляющим – CIO. "Благословленная" первым заместителем главы Минэкономразвития Андреем Шароновым и пропиаренная СМИ, эта аббревиатура (CIO – Chief Information Officer) уже довольно прочно закрепилась в нашем лексиконе. Но почему все-таки CIO, а не "генеральный конструктор", как было предложено вначале? Видимо, потому, что страной, с которой следует брать пример при выборе методов и путей развития информатизации, официально признаются США. Опираясь на опыт Штатов, господин Шаронов собирается развивать в России институт государственных CIO, поскольку именно они, с его точки зрения, "…должны обеспечить формирование и реализацию комплексной единой ИТ-политики федеральных, региональных и муниципальных органов власти".

Как именно будет формироваться и развиваться институт российских CIO, пока не вполне понятно, но зато сфера ответственности и место в структуре государства новой касты управленцев уже определены: они должны заниматься вопросами методологии, координации и трансляции в наши бескрайние просторы передового опыта в области ИТ.

Информационное общество становится доминирующей моделью развития в современном мире. Мы уверены, что данная модель является не только основой для внутренних изменений, но и предпосылкой обеспечения конкурентоспособности национальной экономики на мировой арене. Мы не сомневаемся в том, что использование ИТ в госсекторе – шаг вперед. Мы понимаем, что без применения современных технологий возможности государственного аппарата не будут адекватны тем задачам, которые ставит перед ним общество. Но мы также хотим, чтобы деньги, потраченные на ИТ, не были выброшены на ветер, а трансляция передового опыта была настроена на волну российских интересов, а не интересов американских ИТ-корпораций.

Антон Цыценко. президент компании "Систематика"

В 2004 году административная реформа стала центральным событием, оказавшим влияние на развитие экономики в целом и на ИТ-отрасль, в частности.

С одной стороны, реформа вызвала "отложенный спрос" на поставки компьютерной техники и реализацию проектов для федеральных и региональных органов власти и управления и перенос планов на конец 2004-го или 2005 год. С другой – интерес государства к применению новых электронных инструментов в осуществлении административной реформы, координация реформы и программы "Электронная Россия" в таких ключевых областях, как архитектура электронного государства, объединенные государственные информационные системы и ресурсы, обусловили активизацию спроса на федеральном и региональном уровнях на целый класс ИТ-решений. Это различного рода комплексные системы управления, АСУ материально-техническими, финансовыми и кадровыми ресурсами, а также прикладные системы управления информацией: интернет-порталы, системы электронного документооборота, системы учета и управления объектами недвижимости, социальные регистры населения, системы персонифицированного учета населения, SMART-карты граждан и многие другие. Их основными задачами является повышение эффективности государственного управления, обеспечение функционирования государственных структур и взаимодействия между собой, а также населением и организациями в рамках предоставления государственных услуг. Причем, как показывает наш опыт работы на региональном и муниципальном уровнях, эти потребности активно подкрепляются соответствующими программами и финансированием. Так, наша компания реализует ряд проектов в рамках "Электронной России", среди которых комплексные АСУ муниципальных образовний (Тольятти, Братск, Петрозаводск и др.), системы учета населения субъектов РФ (Социальный регистр населения Санкт-Петербурга), система персонифицированного учета населения (СПУН) Ленинградской области, система управления недвижимостью двух округов Москвы, портал администрации Ленинградской области.

Сергей Мацоцкий. генеральный директор компании IBS

В 2004 году государство попыталось найти точки роста несырьевых отраслей экономики, и одной из них стал ИТ-рынок. Были образованы сразу две государственные структуры, отвечающие за развитие ИТ-отрасли: Министерство информационных технологий и связи РФ и Агентство по ИТ, одобрена правительством Концепция развития информационных технологий на период до 2010 года. Пока еще сложно прогнозировать, как будут развиваться события дальше, но в любом случае это очень весомый для отрасли сигнал о том, что ею стали интересоваться и что ИТ-рынок приобретает все большую важность и значимость в экономической жизни России. Иными словами, "самолет" уже выведен на взлетную полосу, но разгоняться еще не начал. Хочется верить, что в результате важных преобразований не получится "как всегда". Чтобы этого не произошло, нужны системные усилия и твердость намерений со стороны государства.

Пока ИТ-сектор как сервисный рынок развивается исключительно в прямой зависимости от роста экономики и цен на сырье. Если в результате целенаправленных действий государства все инновационные сценарии развития экономики будут приняты, наша отрасль получит абсолютно новые самостоятельные механизмы развития, благодаря которым она сможет занять принципиально иную роль в экономике России. От этого выиграют все и, конечно, участники рынка тоже.

Рост российского ИТ-рынка сохраняет свою стабильность, и это безусловно радует, однако с точки зрения соотношения долей аппаратного обеспечения, ПО и услуг его внутренняя структура пока почти не меняется. Главная доля по-прежнему принадлежит поставкам "железа", в то время как сектор высокоинтеллектуальных услуг и проектов развивается крайне медленно. Правда, позитивные сдвиги все же есть. Например, несмотря на последствия административной реформы, заметно растет спрос на ИТ со стороны госсектора, и не только в количественном, но и в качественном отношении: от традиционной закупки компьютеров – к сложным проектам по обеспечению прозрачности, межведомственного взаимодействия, предоставления гражданам социальных сервисов и т.д.

Константин Анисимов. директор департамента маркетинга и поддержки продаж компании "Микротест"

Образование Министерства информатизации и связи и последующий выпуск основополагающего документа, отражающего концепцию развития ИТ-сектора России до 2010 года – для всех участников российского ИТ-рынка были самыми главными событиями. В частности, концепция предусматривает такие меры, как отмена таможенных пошлин на некоторые комплектующие для производства оборудования в России, сокращение налогов на ИТ-сектор и упрощение процедуры экспорта программного обеспечения. Кроме этого, Мининформсвязи регламентировало использование информационных технологий в деятельности федеральных органов государственной власти и формирует концепцию региональной информатизации. Все это говорит о том, что отношение власти к рынку информационных технологий изменилось, и это радует. Во всех странах, где государство поддерживает ИТ-рынок, он становится важнейшей отраслью постиндустриальной экономики.

Как участники рынка мы надеемся, что перечисленные в документе шаги действительно будут реализованы. Предложенная концепция отражает реальность; предпосылкой к ее созданию стал бурный рост российского ИТ-сектора, и по сути, она теперь должна упорядочить отношения между всеми игроками.

На протяжении последних лет процесс информатизации органов власти медленно, но верно, набирал обороты. Мы одними из первых стали заниматься этим направлением: у "Микротест" уже есть целый ряд проектов в госструктурах, на госпредприятиях и в региональной администрации. Мы надеемся, что в 2005 году эта тенденция приобретет системный характер и сформируется крупный рынок, который будет влиять на развитие российского ИТ-сектора в целом.

Алексей Голосов. президент компании "ФОРС – Центр разработки"

Реформирование органов государственной власти в России – знаковое событие 2004 года. В первую очередь оно отразилось на компаниях, работающих именно в этом секторе экономики, но опосредованно оказало влияние и на весь ИТ-рынок в целом. Компания "ФОРС – Центр разработки" давно работает с государственными предприятиями и накопила немало решений, которые будут востребованы тогда, когда придет осознание реальной потребности в эффективных механизмах управления. Реформа породила спрос на такие продукты и открыла перед нами широкие перспективы по их внедрению. В частности, мы очень надеемся на то, что в новом году появится спрос на инструментальные средства создания и ведения электронных административных регламентов (ЭАР), успешно опробованные нами в 2004-м.

Потенциально реформа должна была стать главным фактором успеха, но ее медленные темпы – затягивание с принятием важных решений, в первую очередь в законодательной области, – являются тормозом для многих полезных начинаний в ИТ-сфере. Абсолютное большинство проектов, которые нам приходится разрабатывать, базируется на текущем состоянии законодательной и нормативной базы. Недоработки в этой области приводят к появлению весьма вычурных конструкций при реализации информационных систем. "Кривой" фундамент заставляет специалистов ИТ-сектора, в том числе и нашу компанию, львиную долю времени тратить на преодоление этой "кривизны", создавая над построенным фундаментом жизнеспособные конструкции. При этом даже изобретаются специальные методы, возникают ноу-хау, демонстрируются таланты и способности разработчиков. Обидно только, что эти таланты могли бы использоваться существенно эффективнее. Надеюсь, что в 2005 году ситуация изменится и нам удастся сконцентрировать свои усилия на создании эффективных, а самое главное, востребованных решений.

Михаил Краснов. президент группы компаний Verysell

Я считаю, что самым важным днем для российской ИТ-отрасли в 2004 году было 18 ноября. В этот день Правительством РФ рассматривался вопрос о развитии отечественного ИТ-рынка в пятилетней перспективе. По результатам обсуждения Концепция развития получила положительную оценку и в целом была одобрена. Мининформсвязи было поручено совместно с другими заинтересованными министерствами и ведомствами доработать концепцию и план первоочередных мероприятий по ее реализации и представить их на утверждение в январе.

Данное событие является знаковым. Без помощи государства невозможно решение многих вопросов, например, нельзя создать привлекательные условия для иностранных инвесторов. От государства, вернее, от налогового регулирования и других видов государственного контроля зависит конкурентоспособность российских ИТ-компаний на международных рынках.

На мой взгляд, концепция представляет собой хорошо сбалансированный документ. Но важно, чтобы государство реализовало именно пакетный подход. Отдельные, пусть даже радикальные, меры могут оказаться недостаточными, нужно добиться изменений общих условий функционирования бизнеса, а это возможно только при комплексной работе.

Если государство системно и последовательно реализует то, что изложено в концепции, можно не сомневаться, что российские компании в целом и группа Verysell в частности станут более конкурентоспособными на мировом ИТ-рынке.